В конце 1941 года и начале 1942 года командиром батальона был капитан Карпенко, начальником штаба старший лейтенант Бабак Петр Корнеевич. В феврале 1942 года приказом свыше бригада срочно убыла с гор. Люберцы железнодорожным транспортом на Северо-Западный фронт. На какой-то станции, мне кажется, Бологое, ночью нас выгрузили и с представителем армии или фронта нас направили на лыжах на Юг или Юго-Запад в направление гор. Демянск, с задачей на уничтожение Демянской группировки противника. Якобы, окруженного штаба 15 стрелкового Корпуса и его частей. Двигались по лесистой местности, населенных пунктов не встречали. Местность была болотистая, много замерзших озёр, большой лес, много снега, большой мороз, бездорожье

Спали в снегу, накрывшись палаткой и прижавшись друг к другу. Утром кое-кого не досчитывались, особенно крайних, которые замерзали. Вскоре на какой-то речушке (названия не помню) противник при форсировании оказал нашему батальону сильное сопротивление. Появились убитые, раненые, которые вывозились в наш тыл на собачьих упряжках.

При неоднократной попытке форсировать реку, нам этого сделать не удалось. Противник сумел нас не пропустить. Оккупанты вели огонь с пулеметов, автоматов, минометов.

Во время штабного совещания, почти в середину сидящих и стоящих офицеров попала вражеская мина, которой был ранен командир батальона капитан Карпенко, убит начальник парашютной подготовки и санинструктор. Тяжело ранен врач капитан медслужбы Корол (не точно), который вскоре застрелился.

Насколько мне известно – наш батальон наносил отвлекающий удар. Основные силы бригады двигались не с нами, они ушли другим путем на выполнение основной задачи.

Противник наш батальон преследовал воздушными и наземными средствами. Давно кончился трехсуточный паек, стали голодать, а помощи никакой не было. Питались корой с деревьев, сваренной в воде из снега. Чувствовалась усталость, слабость. На исходе были боеприпасы, пополнение не поступало. Так мы бродили по лесу, мне кажется, дней 8-10, мы не получили приказа на выход из тыла. Вышли из тыла в конце февраля или в начале марта. Были размещены в какой-то деревушке южнее, примерно, километра 12-15 от гор. Валдай. Вскоре сюда прибыли и другие части бригады, вышедшие из тыла. Здесь мы встретились с легкоранеными полковым комиссаром Никитиным Д.П. и начальником особого отдела бригады майором Дойбан Василием Михайловичем. Что другие части бригады сделали в тылу, где они, в частности, были – неизвестно.

После непродолжительного отдыха, в марте части бригады были направлены на фронт, в район Лычково. А в начале апреля части бригады были сняты с передовой и отправлены на формирование в Подмосковье, гор. Малаховку.

В июле 1942 г. 1 ВД Корпус был переформирован в 37 гв. стрелковую дивизию, а 204 ВД Бригада в 114 гв. стрелковый полк. Командиром дивизии был назначен командир 1-го ВДК генерал-майор Жолудев Виктор Григорьевич. Командиром 114 гв. стр. полка подполковник Комаров, комиссаром полковой комиссар Никитин Дмитрий Пантелеевич, начальником штаба майор Морозов Александр Григорьевич, а я старшим уполномоченным Особого отдела по этому полку.

Вскоре дивизия была отправлена на фронт под Сталинград.

Кто был рядом со мной в 204 ВДБр?

Ст. лейтенант Бабак П.К., комбат Карпенко, врач майор медслужбы Ешков Иван Федорович, замполит батальона Иващенко, секретарь комсомольской организации Сигал Ида Нухимовна, комиссар минометной батареи артдивизиона Брынза Назар Митрофанович, командир взвода минбатареи Полубок Алексей Петрович, проживает где-то в Прибалтике, начальник Особого Отдела бригады Дойбан В.М. , полковой комиссар Никитин Д.П. , уполномоченный Особого Отдела лейтенант Артищев Михаил Семенович, ст. уполномоченный ОО Бригады Пылаев.

О полковнике Никитине Д.П. – по тылу не помню, а вообще –то это был опытный комиссар, спокойный, выдержанный, рассудительный, не терялся в самой трудной, сложной обстановке (Дон, Сталинград, Курская дуга).

Вот всё, что я могу Вам сообщить.

Если интересно – могу написать о случае, небывалом случае в истории парашютизма, как солдат Иван Черный, в Марксштадте, при тренировочных прыжках из самолета, не раскрыв парашюта, упал и не разбился. Об этом писала в начале «Красная Звезда», и «Известия». Я в то время дежурил на аэродроме с майором медслужбы Ешковым, подобрали и доставили в медпункт.

28top

123