Итак, о 204 воздушно-десантной бригаде:

Днем рождения ВДВ, как Вы знаете, считается 2 августа 1930 года.

- 13 авиабригада особого назначения (13АБОН) свое начало положила в 1932 году в г. Харькове, где впервые тогда был создан воздушно-десантный взвод численностью 30 человек.

Затем в 1933 году из этого, нештатного взвода формируется 3 авиабатальон особого назначения. Батальоном командовал Кузнецов. Комиссаром Дмитрий Пантелеевич Никитин.

В 1935 году батальон из г. Харькова перебазируется в г. Киев, на Брест-Литовское шоссе, в военный городок танковой бригады, которой командовал комбриг Шмидт.

В сентябре 1935 года 3 батальон принимает участие на учениях Киевского военного округа, где тогда уже десантировалось 1200 человек парашютистов.

Осенью 1936 года этот батальон из г. Киева перебазируется в г. Борисполь Киевской обл., где развертывается в 13 АБОН – авиабригаду особого назначения трехбатальонного состава численностью каждый по 500 человек. Создаются и спецподразделения. Командиром 13 АБОН был комбриг А.О. Индзер. Начальником штаба бригады полковник А. Досик. Комиссаром бригады – полковой комиссар П.И. Барилко. Начальником политотдела – Дмитрий Пантелеевич Никитин.

В эту бригаду я попал в марте 1937 года в звании лейтенанта из 1 звсп 46 сд, который стоял в м. Лужны, а 46 сд (штаб) в г. Корыст…(далее неразборчиво).

Осенью 1937 года 13 АБОН принимает участие на учениях Белорусского военного округа. После учений был арестован комбриг Индзер. С 1938 г. 13 АБОН стал именоваться 204 воздушно-десантной бригадой.

Командиром бригады стал майор Иосиф Иванович Губаревич.

Во время финской компании 1939-1940 гг. 204 ВДБ в составе 15 армии принимала боевые действия, в феврале и марте 1940 г., на Ладожском озере в районе Питкяранта по овладению островами Питяя-Сари и Максимансари, затем возвратились в г. Борисполь.

В июне 29-го числа 1940 г. принимает участие в освободительном походе Красной Армии в Бессарабии, десантируется в район Белграда, занимает Белград, Рени, Кагул с задачей не пропустить вывоза ценностей из Бессарабии в Румынию и беспорядков в городах.

В начале Великой Отечественной войны действует в обороне под Киевом, затем Черниговом, Нежиным в составе 1 воздушно-десантного корпуса, который, утратив свою боеспособность в сентябре 1941 г., выводит свои остатки на формирование в г. Марксштадт Саратовской области, затем в конце декабря 1941 года по ж/д перебрасывается под Москву – г. Люберцы, Малаховку.

В начале ВОВ много групп десантников из 204 ВДБр выбрасываются на парашютах в тыл врага с диверсионными целями, и не только небольшими группами, но и в составе роты и батальона.

В феврале 1942 года выбрасывается парашютно-десантный батальон ст. лейтенанта Белоцерковского в район Ржева, для содействия выхода из окружения штаба 29 армии, эту задачу выполнили успешно.

В марте 1942 года по ж/д перебросили бригаду в г. Валдай, отсюда на автомашинах подбросили к линии фронта.

Бригадой командовал майор Гринев, по-моему неавторитетный, трусливый офицер. Начальником штаба бригады был майор Брушко Иван Кузьмич, его знал ещё из Тернополя. Комиссаром бригады – Д.П. Никитин. Хладнокровный, рассудительный, доступный и внимательный человек.

Наш 3 батальон – командир батальона Пустовгар Ф.Е., комиссар батальона, кажется, Пушкарев, нач. штаба Морозов Александр. Хорошо помню – наша задача состояла первоначально войти в тыл. Обеспечить проход главных сил бригады, дальше действовать на Демянск для уничтожения штаба 16 немецкой армии. Мы были как бы передовым отрядом. Поэтому с нашим батальоном пошел комиссар бригады Никитин. Когда мы на рассвете пересекли линию фронта и расположились чтобы обеспечить проход бригады, то её не дождались, и решили действовать самостоятельно. Условия, Вы сами знаете, какие были… Писать о них тяжело.

Да, на пути движения штурмовали деревню Игожево. Термитными шарами забросали дома, выскакивающих немцев уничтожали, подожгли склад с боеприпасами, рвались они здорово, вырезали армейскую проводную связь, метров 100 кабеля и утащили с собой. Как рама за всеми нами следила. Вот где был аэродром, на какой поляне, я не помню. И сейчас ясно представляю Гринева. Гринев тогда был майор. О ранении его не знаю. Главные силы бригады вели боевые действия под Старой Руссой. Начальником штаба бригады был майор (слово неразборчиво) Иван Кузьмич.

Гринев прилетел он к нам, с указанием, где и в какое время, число (28.03.42 г.), сосредоточиться, и при поддержке огня и действий с фронта осуществить атаку в этом направлении с тыла и выйти к своим. Рация у нас была.

Ещё когда Гринев прилетел, и мы стояли от самолета метрах в 100 на опушке леса – мы – это Никитин, Гринев, я , летчик самолета и шифровальщик (слово неразборчиво) бригады – Рослов Лев Андреевич. Когда мы вели беседу в это время снаряд или мина прямым попаданием в самолет. Разбила его и он загорелся. Вот тогда у нас ещё рация была, и мы вызвали другой самолет и Гринев улетел. При нас он ранен не был. Вышли мы 28.03.42 г. к рассвету к месту действий. Прошло время, с фронта никаких действий, на наши запросы по рации не ответили. Решили действовать самостоятельно, но ничего не получилось, и попали под сильный обстрел. Погибло много, в том числе и Пушкарев, комиссар батальона. Не меньше было и раненых: комбат Пустовгар в ноги, двигаться не мог, таскали на лыжах, замкомбата Качалин Федя ранен был в грудь, пробило легкое, я в локтевой сустав левой руки, только Никитин уцелел как то случайно. Тяжело ранен был врач Мухамедов в ногу, сам требовал помощи, в общем, жуткое дело.

Пока мы с Никитиным отправили самолетами тяжело раненых, пришлось много передвигаться, укрываясь от «рамы».

Командование остатками батальона Д.П. Никитин взял на себя, мне приказал эвакуироваться самолетом, с одной рукой, на лыжах действовать было сложно. Я улетел.

Всех из тыла раненых поместили в госпиталь 2948 в Отдых, по казанской дороге под Москвой, куда я поступил 24 мая, а 27 мая мне сделали операцию, удалили осколок. Сгибание в моем локтевом суставе осталось ограниченное до 80о функции плеча. Заключение – к парашютно-десантной службе не годен. Ограниченно годен в военное время.

В первых числах августа 1942 года 1 ВДК переименовали в 37 гв. сд, а бригады в стр. полк, 204 ВДБр – в 114 гв. сп. И эшелонами 37 гв. сд стала из Люберец отправляться на фронт. Командующим дивизии был генерал-майор Жолудев Виктор Григорьевич, комиссаром гв. полковник Щербина Петр Васильевич, нач. штаба – майор Брушко Иван Кузьмич.

Командиром 114 гв. сп – Комаров Г.С., комиссаром полковой комиссар Д.П. Никитин.

37 гв. сд вошла в состав 4 танковой армии и заняла оборону в междуречье р. Дон – в районе Трехостравской (не ясно написано) и была здесь до конца сентября 1942 г.

Я бежал из госпиталя, прямо в эшелон и уехал со штабом дивизии, где был помощником начальника оперативного отделения штаба дивизии.

В сентябре, вместо раненого командира 114 гв. сп Комарова на эту должность был назначен бывший комбат Пустовгар Ф.Е., а меня назначили начальником штаба этого полка. Так мы все трое снова. Как и под Демянском, оказались вместе. В конце сентября 1942 г. 37 гв. сд сняли с Дона и перебросили на Сталинградский фронт. В ночь с 3 на 4 октября дивизия форсировала Волгу и заняла оборону Сталинградского тракторного завода. Какие сражения здесь были, особенно в день 14 октября, всё описать довольно тяжело и трудно. Дивизия за каких-нибудь 15 дней потеряла около 90 % своего состава из 10 тысяч вошедших в Сталинград.

Ещё 10 октября командир полка был ранен и эвакуирован из Сталинграда.

Командование полком принял на себя Никитин. Мы вынесли всю тяжесть боев за тракторный завод. 114 гв. сп потерял в этих боях почти весь личный состав, никто не дрогнул, не отступил. Не так просто написал в своей книге маршал Чуйков о нашей дивизии: «Таких богатырей духа не знала ни одна армия мира. Дивизия Жолудева почти вся погибла (в обороне Сталинградского тракторного завода), но никто не скажет, что её воины не выполнили задачи. Они падали головой на Запад, глядя вперед, вероятно видя то, что суждено видеть нам сегодня».

19 или 20 октября 42 г. оставшиеся от полка 35 активных штыков с 118 гв. сп штаб 37 гв. сп с разрешения штаба Сталинградского фронта был эвакуирован из города Сталинграда в район 37 гв. сд Цыганская Заря. А вскоре, после прибытия в Сталинград дивизии Люднинова 37 гв. сд была выведена из города, затем отправлена на пополнение в г. Балашов. Здесь в должности командира 114 гв. сп Д.П. Никитин сформировал новый полк. Комиссаром полка был назначен старший политрук Волостнев Николай Иванович. Что касается меня, то 14 октября был сильно контужен, но продолжал быть в строю, и только после эвакуации штаба в тыл, в медсанбат дивизии, 4 ноября меня эвакуировали в госпиталь № 2948 в Отдых, в тот самый, откуда бежал, без разрешения начальника госпиталя. Во время формирования полка в Болашово Д.П. Никитин должность нач. штаба 114 гв. сп сохранил за мной.

За Сталинград оба мы были награждены орденами «Боевого Красного Знамени».

В конце января 1942 года Д.П. Никитин прислал в госпиталь № 2948 ст. Отдых своего адъютанта, ст. лейтенанта Дмитриева, чтобы я прибыл в полк, так как дивизия после пополнения убудет снова на фронт уже в составе 65 армии Батова П.И.

Я покидаю, теперь уже без помех, госпиталь и возвращаюсь в полк и 3 февраля 1943 года сд направляется на Центральный фронт. Так до сентября 1943 г. вместе с Д.П. Никитиным продолжали боевые действия, когда его отозвали на учебу в Москву в академию Генштаба. Из академии Генштаба в апреле 1944 года он убыл в Югославию, для организации Воздушно-десантных войск. А меня в марте 1944 г. отозвали в Москву на учебу в академию им. М.В. Фрунзе, которую я окончил осенью 1947 года.

Связь с Д.П. Никитиным прервалась. После академии меня забрали в штаб ВДВ старшим офицером оперотдела оперативного Управления, затем в начале 1954 г. я был переведен в Главную инспекцию (ст. инспектором ВДВ) Министерства обороны.

Долгие годы мы не могли найти друг друга. Затем я нашел его в Минске, потом он переехал в г. Киев. Переписывались, были попытки встретиться, но как-то встреча все не получалась по разным причинам.

В мае 1981 г. мы с женой специально поехали в санаторий Пуща-Водица под Киев. Из санатория я позвонил на квартиру Никитину, ответила Мария Ивановна, его жена, что Дмитрий Пантелеевич, после тяжелой болезни 13 апреля 1981 года умер, всего за месяц до нашей встречи. На следующий же день мы поехали в Киев.

Марию Ивановну мы знали ещё из Борисполя. Погоревали, многое вспомнили, она ведь тоже тогда в Борисполе работала в штабе бригады. Вначале их сын, а потом и она тоже ушли из жизни, шесть лет тому назад.

Д.П. Никитин захоронен на кладбище в г. Киеве. Мы тогда разыскали его могилу, возложили цветы. Вот мы и встретились.

Дмитрии Пантелеевиче Никитине был мужественный, хладнокровный, разумный, внимательный и добрый человек, с которым мне пришлось быть в мирное время и защищать Родину вместе, рядом в годы Великой Отечественной Войны.

Да, что еще можно сказать о 114 гв. сп (204 ВДБр) – в составе 37 гв. сд он участвовал в Курско-Орловской битве, в освобождении Белоруссии, в Прибалтике, Нарвском плацдарме и до победного конца.

37 гв. сд присвоено было «Речиская» (неясно написано). Она дважды Краснознаменная, ордена Суворова, Кутузова и Богдана Хмельницкого.

   114 гв. сп (204 ВДБр) – награжден орденом Красного Знамени и Суворова.

1. Мне удалось, с разрешения ГШ МО, ознакомиться с делами Управления Командующ. ВДВ КА (опер отд), в части касающейся действий на СЗФ 1 и 2 МВДБ и 204 ВДБ, с докладом нач-ка ГУ ВДВ КА генерал-майора Досик, команд. 1 ВДК генерал-майора Жолудева, Мачихина.

Дело № 32 – из доклада н-ка ГУ ВДВ КА генерал-майора Досик:

«По действиям 1 МВДБ:

Командир бригады подп. Тарасов, военком – Мачихин, НШ – майор Шишкин.

По действиям бригады документов и живых участников крайне ограничено. Удалось ознакомиться только с шифрограммами, получить некоторые данные от начальника штаба фронта генерал-лейтенанта Ватутина, от тяжелораненого военкома Мачихина.

Задача бригады – разгром Демянской группировки противника, дезорганизация управления 2 ПК. Взаимодействие с 204 ВДБ.

15.03 – атакуется и занимается Малое Опуево из донесения шифровкой № 5435 видно, что подготовкой захвата прошла плохо. Тарасов оставил селение и не подобрал раненых и убитых, в том числе убитого уполномоченного особого отдела Крылова.

Уже 16.03 Тарасов доложил, погибаем от голода, дальнейшие действия бессмысленны. Разрешите отход старым маршрутом (шифрограмма № 5133).

Как осуществлен был выход, данных пока нет. Один батальон был потерян и оказался в районе лагеря раненых. С бригадой также не пошло в тыл 166 человек, которых фронт использовал для действий в районе Юго-Вост. Старой Руссы.

Несмотря на все неудачи, 1 мвдбр бригада действовала более организовано. В отдельные моменты командование проявляло неустойчивость и растерянность. Так, 3 апреля комиссар бригады Мачихин шифровкой № 6734 просит передать Сталину –«Кровью прошу, спасите остатки бригады».

Военком бригады недоволен поведением Тарасова, обвиняет его в тупоумстве, нерешительности и трусости. Тарасов не стремиться выполнить задачу, а настраивался все время на уход из тыла противника (Дело № 32, стр. 36).

Запись произведена дословно, как изложено в деле. Выводы сделайте сами.

2. «По документам 204 ВДБ:

Командир бригады подполковник Гринев, военком комиссар Никитин, начштаба – майор Губин.

В операцию бригада пошла 12.03.42 г.

Задача бригады: - Войти в тыл окруженной 16 армии немцев и ударом с Севера овладеть Демянском, совместно с 1 МВДБ.

Подготовка к операции внутри бригады внутри бригады прошла также слабо. Маршрут детально не разработан, азимуты движения не проверены, управление не продумано и не организовано.

Подразделения на марше все перепутались, некоторые просто отстали. Тратилось много времени на подтягивание отстающих, на розыск потерявшихся.

Командиры штаба были все разосланы, командир бригады, не опираясь на штаб, сам стал командовать штабными офицерами, оставшись в конце концов без штаба.

При подходе к реке Полометь батальоны двигались самостоятельно, без разведки. Комбаты с группой бойцов сами пошли в разведку, оставив свои подразделения.

Так, комбат 2/204 ВДБ, уйдя в разведку не вернулся, видимо погиб от автоматчиков, а батальон, слыша шум боя, не знает, что делать без комбата.

2 батальон, во главе с начальником разведки бригады майором Гавриленко без особых помех со стороны противника прошли реку, и не дойдя 3 км. до сборного пункта, назначенного командиром бригады, наткнулись на мелкие группы автоматчиков, не организовав разведку и не оценив обстановку, майор Гавриленко поворачивает батальон обратно, не имея на то разрешение командира бригады, и не донес об этом командиру бригады.

Только 3 батальон, половина саперной роты, рота связи и часть 1 батальона продолжали движение в намеченный район.

Все это привело к тому, что бригада пошла в тыл не полным составом, около 1700 человек, во главе с нач. штаба, зам. начальника политотдела ст. политрука Романенко и нач. политотдела бригады Тадеуш, вернулись обратно…

Выводы по действиям в тылу:

Пункт 3. Командир бригады плохо руководил бригадой, растерял её, не выполнил задачу, и после легкого ранения эвакуировался в тыл. Ранение касательное: в подбородок, шею и руку… С таким ранением не имеет права оставлять поле боя, свою часть, находящуюся в тяжелых условиях, тем не менее Гринев это сделал, это недостойно командира-десантника.

Здесь проявлена неустойчивость и трусость.

Пункт 4. Майора Гавриленко за отмену боевого приказа командира бригады и увод батальона на исходное положение, не донеся об этом командованию отдать под суд».

И ещё из дела № 35 в отношении Гавриленко Тадеуш Василий Семенович – доклада ком. 1 ВДК генерал-майора Жолудева:

…2 батальон перешел р. Полометь в ночь с 15 на 16.03 и вышел в район отметки 48.2, т.е. был в трех километрах от базы бригады. Возглавляющие в это время 2 батальон майор Гавриленко и батальонный комиссар Тадеуш проявили трусость и боязнь двигаться вперед. Майор Гавриленко поддался панике и увеличил силы противника. Будучи представителем штаба бригады майор Гавриленко стал на путь преступления, по его инициативе 2 батальон повернул вспять, переправился через р. Полометь и ушел в (не видно слова), куда прибыл с истощенными людьми к утру 10.03. Действия майора Гавриленко были поддержаны начальником политотдела бригады – батальонным комиссаром Тадеуш (дела № 35, стр. 10).

Оставшиеся подразделения других батальонов, (не видно слова) и часть спецподразделений по приказу майора …на (не видно слова), не выполнив задачи, вернулись в Свинорий (?).

Всего в Свинорий вернулось 1775 человек. Всего для выполнения задачи в тылу противника осталось 1147.

…3/204 ВДБ, возглавляемый майором Пустовгар в 11.00 15.03 перешел р. Полометь, огонь немцев был быстро подавлен, причем было уничтожено 14 фашистов.

…В ночь с 18 на 19.03 часть 1 батальона, управления бригады без начальника связи, нач. политотдела и его заместителя, и частично спецподразделений, переправились в районе Весики на восточный берег реки Полометь и соединились с 3 батальоном.

…Группу, вышедшую в тыл противника, возглавил командир бригады подполковник Гринев и военком полковой комиссар Никитин. Наиболее боеспособным в этой группе был 3 батальон (командир батальона майор Пустовгар, комиссар ст. политрук Филичкин, нач. штаба капитан Морозов), хотя бойцы и командиры в этом батальоне голодали уже 5 суток.

Один из выводов командования 1 ВДК:

П. 14. Виновниками в отходе 2 батальона из тыла противника, невыполнение боевой задачи являются: майор Гавриленко и батальонный комиссар Тадеуш, они взяли командование батальоном в свои руки и возглавили его отход, кроме того майор Гавриленко и батальонный комиссар Тадеуш искусственно увеличили силы противника, создав у командного состава 2 ПДБ впечатление безнадежного положения.

За все время своей деятельности майор Гавриленко не выполнил ни одной задачи по разведке. Указания нач. штаба бригады по организации разведки майором Гавриленко не были выполнены.

Подполковник Гринев и начальник политотдела батальонный комиссар Тадеуш от работы отстранены».

Подписали:

Командир 1 ВДК генерал-майор Жолудев

Военком 1 ВДК полковой комиссар Никитин

Начальник штаба 1 ВДК полковник Конев

4.08.1942 г.

Дело № 33 – о боевых действиях 2 МВДБ.

Из доклада генерал-майора Досика.

«Командир бригады Герой Советского Союза подполковник Василенко, военком старший батальонный комиссар Ратнер, начальник штаба – майор Свиганько.

3. Задача бригады: лыжным рейсом войти в район Лужно и овладеть Лужно, а 12.03 задачу вдруг изменили – овладеть Лычково.

Управление было не продумано, командиры штаба были распределены по подразделениям, штаб был разогнан.

Марш совершался ночью. Комбаты не уяснили своей задачи, маршрута движения, потеряли ориентировку, сбились с маршрута, связи между ними не было.

Бригада задачи не выполнила, она оказалась неспособной для действий в тылу противника. Командование бригады не справилось с поставленной им задачей.

За невыполнение задачи командир и военком бригады были отстранены от командования.

(приказ команд. 34 армии № 048 от 20.03.1942 г.)

Гринев, насколько я знал его, был мне не по душе, ещё до того, как бригада пошла в операцию. Он в начале войны был в 204 ВДБ начальником оперативного отдела, а потом стал командиром бригады.

Генерал-майора Досика знал по 204 ВДБ, он в 1937 г. был начштаба бригады, воевал с ним в финскую в районе Питкяротта (Не точно, написано неразборчиво), и когда он был в штабе ВДВ, на Дону, после войны встречался часто. Это замечательный человек и грамотный военный командир. Он пользовался в бригаде и на фронте большим авторитетом и уважением.

28top

123